Сегодня трудно себе представить такие отношения, какие были у великого конструктора ракетной техники Сергея Павловича Королева и его жены Нины Ивановны. Ибо в их любовь вмешивалась не другая женщина, не супервысокооплачиваемая работа и, конечно же, не бизнес. Третьим в их отношениях было государство, его интересы.
Сегодня самоотверженный труд на благо страны может показаться бессмысленным. В масштабах всей истории человечества разве важно, кто первым запустит человека в космос: СССР или США? Но в рамках соревнования двух сверхдержав это имело принципиальное значение. Для Королева ничего значительнее не существовало: для него перед интересами Родины блекли интересы семьи.
Вырвавшийся на свободу
Сергей Павлович Королев с самой молодости был болен небом и… женщинами. И в обеих «областях» Королев поначалу не знал поражений: упорен был и настойчив.
С первой женой — Ксенией Винцентини — они учились вместе ещё в школе. Отношения были сложными: по молодости Ксения не очень хотела замуж за Королева. А после свадьбы он сам как-то охладел к ней, стал неверен. Дочь Наташа при разводе родителей встала целиком на сторону матери. Холодность, равнодушие Натальи стали вечной болью великого конструктора…
Со второй супругой — Ниной Ивановной — Королев познакомился в 1947 году на работе. Тогда это был уже совсем другой человек. И не только потому, что ему было сорок. Не только потому, что за плечами остался неудачный брак. Романтика, больного небом, который в семнадцать стал автором проекта безмоторного самолета, а в двадцать четыре — одним из основателей первой ракетостроительной лаборатории в стране, больше не существовало. Другим сделала Сергея Павловича не война, а сталинские лагеря, откуда его выпустили в 1944-м, после шести лет мытарств.
Но в том, сорок седьмом году он чувствовал себя человеком, который вырвался из рук хищника: конструктор только что приехал из Германии, где изучал работы по ракетостроению немецких инженеров.
Работа в КБ
Накрахмаленные скатерти и салфетки, столовые приборы, белоснежные простыни, душ — все это потрясло его. Обхождение с зэками в шарашке было самое учтивое. Им разрешалось прогуливаться в «обезьяннике» — площадке на крыше, обнесенной решеткой. Изредка их возили на свидания с родными. После ужина разрешалось читать… Когда Берия приказал снабжать ЦКБ папиросами и организовать питание «на ресторанном уровне», главный надсмотрщик шарашки пришел в ужас:
— Где я вам возьму ресторанного повара?!
— Да хоть в «Национале», — невозмутимо отвечал Туполев, тоже сидевший в ЦКБ. — Арестуйте шеф-повара -и сюда. Что вам стоит!
Через многие годы «шарашку» опишет А. Солженицын в романе «В круге первом»…
С началом Великой Отечественной специалистов из ЦКБ-29 эвакуировали в Омск — там развертывали авиазавод. Через некоторое время В.П. Глушко запросил Королева, своего бывшего сослуживца по РНИИ, к себе: Валентин Петрович руководил в Казани ОКБ, где проектировались ракетные двигатели. С 1942 по 1946 год Сергей Павлович работал заместителем Главного конструктора двигателей по летным испытаниям.
Читайте также:
Трудности перевода
Нина Ивановна Ермолаева служила в секретном НИИ-88 переводчицей с английского. Работа ей не нравилась: технических текстов на английском было мало. Только «толмачи» с немецкого были загружены под завязку. В один из весенних дней 1947-го ей, замученной вынужденным бездельем, сообщили радостную новость: вызывает какой-то Королев — нужен технический перевод с английского.
Нине Ивановне было всего 27, но она была человеком не без жизненного опыта: дважды побывала замужем. Второй брак оказался мимолетным, а вот первым ее супругом был также авиаконструктор Владимир Ермолаев. Видимо, судьба у неё была такая…
Итак, весной 1947 года Нина Ермолаева стояла за дверью королёвского кабинета и слышала, как авиаконструктор кому-то рассказывает, как ему за какие-то заслуги подарили две (!) машины, одну из которых он тут же передарил. «Ничего себе!» — подумала Нина Ивановна и вошла в кабинет. Сергей Павлович дал ей для перевода тексты из англоязычных научных журналов…
Королев не был открытым человеком, и сразу Нина Ивановна не поняла, что на него произвели большое впечатление её городская русская красота и стройная фигура. Именно такой тип женщин импонировал великому конструктору: к нему же принадлежала и его первая супруга Ксения Винцентини.
Перевод она сделала плохо — на следующей встрече Королев её труды раскритиковал. Не зло, правда, а по-деловому: Нина Ивановна на самом деле запуталась в технических терминах. Ей дали в помощь инженера, чтобы он редактировал её переводы. С этими текстами красивая переводчица не раз ещё приходила к Сергею Павловичу, пока во время чтения одной статьи он не положил свою руку поверх её и не спросил о планах на ближайшее воскресенье. Планов у неё не было, и они пошли гулять в Химки.
Уже в тот день Нина поняла: Королеву нужна женщина-душеприказчик — та, которой он сможет изливать душу. В первый вечер он рассказывал ей о годах юности, полных надежд и веры в молодое государство. О первом браке — взаимном мучении с Ксенией Винцентини. О разладе с дочерью. О страшных шести годах в заключении. Сразу после ареста Сергею Павловичу никаких поблажек не полагалось: были пытки, каторжный труд наравне с другими заключенными. Только в начале войны правительство поняло, что в лагерях сгинут лучшие специалисты. (Тогда же выпустили, к примеру, великого физика — будущего нобелевского лауреата Льва Ландау.) А Королев ещё два года срока отмотал в КБ при зоне — знаменитой туполевской «шарашке».
Нине — молодой красивой женщине — хотелось провести время за более веселыми разговорами. Но что делать? Таким уж был Королев. Таким его сделала жизнь.
Самое удивительное случилось, когда пришла пора расставаться: оказалось, что они живут в одном подъезде, только на разных этажах. В тот же вечер Нина осталась у Сергея. Больше они не расставались.
Ранние годы
Великий покоритель космоса родился 12 января 1907 г. в Житомире, на северо-западе Украины, в семействе преподавателя-филолога Павла Яковлевича, уроженца белорусского Могилева, и Марии Николаевны, родом из украинского Нежина. Вскоре они перебрались в Киев.
Житомир — родина Сергея Королёва
Когда сынишке исполнилось 3 годика, мама занялась учебой, а он стал жить у бабушки с дедушкой в Нежине, где впервые увидел полет аэроплана. В этот момент у него и пробудился интерес к воздухоплаванию. В пять лет он самостоятельно склеил модель самолета, в шесть с восхищением наблюдал рекордный групповой (из трех воздушных суден) перелет Киев-Остер-Козелец-Нежин-Киев, возглавляемый военным летчиком Петром Нестеровым, и демонстрационные показы возможностей машин и летного мастерства авиатора Уточкина.
Сергей Королёв в детстве
В 1914 родители забрали сына в Киев. В 1916 их брак был расторгнут, через год Сережа с мамой и отчимом-инженером уже проживал в Одессе. Обстановка в обществе была напряженной из-за грянувшей Гражданской войны, и школьную программу мальчик постигал дома. Он не оставил своего увлечения авиационной техникой – постоянно пропадал на Базе гидросамолетов порта, старался быть полезным механикам, поднимался и в небо.
«Гвозди 6 делать из этих людей»
Какой была жизнь с Сергеем Павловичем Королевым? Самым правильным ответом будет, наверное, — «полной суровых будней». Это в юности он был ухажером-праздником, который ради первой жены стоял на руках и делал пируэты в воздухе на самолете. Теперь же это был загруженный под завязку человек, выполнявший высокую государственную миссию.
Будущий главный конструктор советских космических кораблей мало бывал дома. Он был суров, он говорил с супругой, главным образом, о проблемах на работе. А ведь Нина была молода, ей хотелось праздника, веселья, интересного общения. Они часто ссорились. Но, как позже вспоминала сама Нина Ивановна Королева, Сергей Павлович всегда сам приходил мириться. Он мог быть и участливым, и нежным, и внимательным. Просто его главной любовью, страстью, увлечением была работа. Труд на благо Родины.
Сегодня малопонятно, как человек может гореть на работе не ради выгоды для себя или для собственной семьи, а ради победы в соревновании двух политических систем. Для прогресса человечества, в конце концов. Сейчас нет плеяды героев труда, порожденных социалистической системой. А Королев был из тех, про кого поэт Николай Тихонов написал: «Гвозди б делать из этих людей». Впрочем, работой конструктор спасался от грустных мыслей и воспоминаний, которых научили его бояться власти. Коллеги помнили, как он говаривал, если что-то шло не так: «Шлепнут нас за это без некролога!»
Главный конструктор гораздо больше внимания уделял своей работе, чем семье. На фото с Валентиной Терешковой, Юрием Гагариным и Валерием Быковским.
Нина редко его видела и сердилась. Выходной был один — воскресенье. Коллеги не узнали бы в воскресном — Сергее Павловиче своего сурового, требовательного начальника. В дни отдыха он мало разговаривал, до полудня валялся в постели, почитывая газетку. Жена опять расстраивалась. Она, конечно, понимала, как муж устал. Но Нина была молода, а с ней жил немолодой, усталый и скучный мужчина. Детей у них не было.
Развитие карьеры
В 1931 молодой специалист трудился в ЦКБ одного из столичных авиазаводов. Спустя пару месяцев он перешел в Центральный аэрогидродинамический институт. Затем, будучи старшим инженером ЦАГИ, он занялся также исследованиями принципов работы реактивных двигателей в созданной совместно с изобретателем Цандлером и при содействии Осоавиахима организации ГИРД, где под его началом были испытаны первые в СССР баллистические ракеты на жидком топливе. По итогам достижений такого масштаба он получил нагрудный знак Осоавиахима «За активную оборонную работу».
Сергей Королёв (крайний справа) за работой
В 1933 на базе их группы и профильной лаборатории из города на Неве учредили РНИИ Наркомата тяжелой промышленности. В данном институте 26-летний инженер-конструктор получил пост замдиректора по научной работе и категорию дивизионного инженера, то есть, генеральское звание. Однако спустя год за несогласие с руководством по ряду рабочих моментов его освободили от высокой должности. Он сосредоточился на разработке новейших вооружений, создав новаторские типы ракет.
Портрет Веры Вяземской: история о несостоявшейся свадьбе
В Государственном музее А.С. Пушкина есть более полусотни экспонатов, связанных с семейством Вяземских, с которыми у поэта были дружеские отношения. Часть предметов — портреты, рукописные материалы, книги, мебель, осветительные приборы — перешла в коллекцию музея от прямых потомков. Один из таких экспонатов — миниатюрный портрет княгини Веры Федоровны Вяземской (урожденной Гагариной), написанный известным живописцем Александром Молинари в конце 1880-х годов. С ним связана трагическая история любви княгини и некоего Маслова.
Ранее портрет хранился в усадьбе Остафьево, в которой в 1899 году общедоступный музей открыл Сергей Шереметев — праправнук той самой княгини Вяземской. Он передал миниатюру Музею Пушкина вместе с романтической историей, которую услышал от своей бабушки Екатерины Шереметевой.
В ранней юности Вера Гагарина была сосватана за человека по фамилии Маслов. Помолвка продлилась недолго — ее разорвал отчим невесты, поссорившись с женихом. Однако даже после разрыва с семейством Гагариных юноша продолжал думать о бывшей невесте: полученный от нее портрет он носил у сердца до самой смерти. В 1812 году, через год после свадьбы Гагариной с князем Петром Андреевичем Вяземским, Маслов получил ранение в Бородинском сражении. Умирая, он снял с груди медальон с портретом, чтобы вернуть любимой вместе с ее письмами. Дорогие ему предметы он передал адъютанту князя Багратиона Федору Гагарину, родному брату Веры. В старости княгиня Вяземская рассказала эту историю своей внучке Екатерине и позже подарила ей свою миниатюру.
Прогноз на 200 лет, инфографика, «Война и мир»: что можно найти в старинных календаряхКазачий граф и отец русской артиллерии: музейные истории о героях
Смерть
Творческий полет мыслей одного из величайших умов ХХ века оборвала в 1966 году преждевременная кончина. Лагерные испытания и невероятные нагрузки на работе подточили его здоровье. Врачи настаивали на проведении хирургической операции по удалению полипов, и он согласился. Но во время ее проведения возник ряд осложнений. Сердце ученого не выдержало и остановилось. Урна с его прахом покоится у Кремлевской стены.
-
Читайте также:
Похороны Сергея Королёва
Чучела волков из коллекции Александра Котса и его жены: история об общих интересах
Основатель Дарвиновского музея Александр Котс встретил свою будущую жену в 1908 году. Она — студентка Московских высших женских курсов, староста биологического кружка и прилежная ученица, он — ее преподаватель, читающий лекции по дарвинизму и ведущий практические занятия по зоологии. О своем первом впечатлении от встречи Котс позже сказал: «Появление этой девушки было решающим: ОНА! Не обменявшись с ней дотоле ни одним глубоким словом, я всем существом оказался прикован к ней». Они поженились через три года после знакомства, в 1911 году, и с этого момента все свободное время посвящали формированию коллекции, которая стала основой экспозиции будущего музея.
Первым, что подарил Александр Котс своей невесте, были не дамские часики, которые ей нравились, а было чучело белого ястреба. Впечатленная Надежда в ответ преподнесла жениху чучело львенка. А на деньги, собранные родственниками на свадьбу, молодожены подарили друг другу чучела необычных волков, белого и черного. Так было положено начало коллекции аберративных (отклоняющихся от нормы) млекопитающих, которую сейчас можно увидеть в Дарвиновском музее. Эти оригинальные свадебные подарки и сегодня занимают в ней почетное место.
Деревянные бивни и мышцы из соломы: как создавали чучела слонов в Дарвиновском музее
Первые шаги отечественного ракетостроения
Сергей Королев возглавляет научно-технический совет московской ГИРД. Первостепенное внимание уделяется ракетному оружию, необходимому для укрепления обороноспособности страны. Королев создает первое КБ, из членов ЦГИР, вошедшее в историю ракетостроения.
Сергей Королев
Здесь получило начало большинство направлений отечественного ракетостроения. Достижением этого периода стал запуск жидкостной ракеты ГИРД-09, поднявшейся на высоту 400 м. Результаты своей работы Королев описывает в книге «Ракетный полет в стратосфере» (1934). Здесь же он освещает возможности некосмического использования ракет в военных и научных целях.
Сергей Королев
В сентябре 1933 года 26-летнего Королева назначают заместителем директора Реактивного института. Надежды гирдовцев о переходе к серьезным проектам не оправдались, тематика разработок сократилась, и в 1934 году Королев был освобожден от должности. Он остался работать в институте рядовым инженером, сосредоточив усилия на разработке крылатых ракет.
Конструктор
Сергей Королев оказался не только талантливым конструктором, но и организатором, сумевшим скоординировать работу всех подразделений.
Освоение вершин военной техники началось с создания ракеты с дальностью 300 км. В 1948 создается ракета Р-2 с дальностью 600 км, способная достичь некоторых американских баз. В результате дальнейших разработок появляется РДД Р-5М с дальностью 1200 км и ядерной боевой частью. Испытания стратегической ракеты проводились на Семипалатинском полигоне 2 февраля 1956 года.
Сергей Королев | HSL
Основным направлением Королева была разработка многоступенчатых межконтинентальных ракет. Созданная им баллистическая ракета (МБР) Р-7 имела дальность 8 тыс. км., модернизированный вариант МБР Р-7А – 12 тыс. км. Жидкостные МБР проигрывали американским твердотопливным, поэтому была создана экспериментальная ракета РТ-1 на твердом топливе. Современные ракетные комплексы оснащаются твердотопливными ракетами, в основе которых МБР РТ-2, созданная Королевым.
